Журнал стареющего язвенника

а также трезвенника и старого холостяка.

Previous Entry Share Next Entry
ФЕВРАЛЬ. АВТОМАТЧИКИ
ak_ulych
Оригинал взят у a_kaminsky в ФЕВРАЛЬ. АВТОМАТЧИКИ

Необходима реальная движущая сила переворота. Это примерно 200 автоматчиков.
Откуда берутся? Наёмники, нацмены, подобранные в индивидуальном порядке офицеры

Д.Е. Галковский



Прочитал тут не так давно рассуждения Сергея Владимировича Волкова насчет представлений нынешней публики о "возможности скорой революции в РФ".
Там он вскользь, но показательно касается Февральского переворота 1917 года:

Представление о том, что «уличная» революция и вообще насильственный переворот, приводящий к радикальным переменам, может быть делом рук либеральной «общественности» или какого-то верхушечного «заговора», крайне наивны. Весьма характерно, что относительно возможностей этой публики люди, мнящие себя ее современным воплощением, сходятся со своими оппонентами. Отчего, кстати, и версия совершения «февраля 17-го» думскими болтунами и «генералами-изменниками», бывшая в свое время принадлежностью лишь совершенно экзотических придурков от монархизма, стала ныне едва ли не официальной: одни (советофильские и национал-большевистские привластные круги и ухватившиеся за наследие упомянутых придурков красно-монархические энтузиасты) - рады перевести стрелку на ненавистных им «либералов» и вывести из под критики большевиков ("которым лишь пришлось исправлять ситуацию"), другие (нынешние интеллигентские мечтатели о революции) - черпают в этом уверенность в своих возможностях.

Версия вполне бредовая: думские либералы не имели ни малейшего влияния на стотысячные толпы рабочих, вышедших на улицу, перебивших полицию и решивших дело (их вывели те, кто реально и взял власть) а «заговорщикам» никогда бы не пришло в голову развязывать уличную стихию (если бы действительно имел место столь «всеобщий» и «высокий» заговор, монарха бы просто пристрелили руками какого-нибудь «террориста», и в этом случае новый монарх или регентство были бы идеально легитимны в отличие от юридически сомнительного отречения).

Так, чтобы дело сделали одни, а у власти вдруг встали совсем другие (а Вр.Пр-во не имело ни дня реальной власти, ею был созданный еще чуть раньше ПетроСовдеп, представлявший ту самую «революционную демократия», которая и вывела толпы точно так же, как выводила в 905-м) – вообще никогда не бывает, и быть не может: получают власть те, за кем реальные «драчуны». Смешно, право: люди, совершившие революцию, и тут же вдруг оказавшиеся отстраненными кем-то, не имевшим к ней отношения, по определению люди ничтожные. Но если революцию могли совершить столь ничтожные люди, то ничтожность самой власти должна быть уж вовсе беспредельной (что, конечно, совсем не так). Но ни реальный ход событий (которого они часто и не знают), ни результаты их, не позволяющие фантазерам свести концы с концами, их не смущают: убежденность важнее..


Попеняв на невежественную убежденность "фантазеров", "придурков" и "советофилов", Сергей Владимирович обобщенно вывел необходимые условия "успешной революции":

Революционеров же, особенно уличных «штыков», не густо. Встречал мнение, что 90% поддержки власти населением ничего не значит, важно активное меньшинство, которое выходит и делает дело. Это да, мнение пассивного большинства действительно ничего не значит.
Но важно, во-первых, кто именно выходит - меньшинство должно быть весьма «драчливым».

Во-вторых, если бы даже агрессивное меньшинство и нашлось, важен не так его выход, как - чтобы в него не стреляли (важно, чтобы было кому стрелять - если даже почему-либо войска не будут). Во всех таких случаях власть рушилась не потому, что нашлось несколько десятков тыс. людей, вышедших на улицы, а потому, что не нашлось нескольких сотен, готовых лечь за пулеметы и с ними разобраться. Но при ненависти 90% населения к противникам власти, несколько тысяч готовых лечь за пулеметы среди него всегда найдется (в этом случае «активное меньшинство» бьется еще меньшим меньшинством, порожденным «пассивным большинством»)..


Что ж, будем эти два условия держать в уме, и попробуем понять, почему февральский переворот стал "успешным".
Разумеется, стараясь придерживаться реального хода событий, дабы не попасть в разряд "придурков и фантазеров", c точки зрения академических ученых.

Тем более, что я давно собирался собрать общую композицию действующих лиц Февральского переворота.
К слову сказать, Сергей Владимирович прав - львиная доля внимания красными псевдоисториками обращается на "предпосылки", коренящиеся в "законе о кухаркиных детях", "непопулярной в народе войне" и "крестьянском малоземелье". Ну и распутинщине, куда ж без неё.
Сам ход событий упоминается вскользь, между "верхи не могут" и "низы не хотят". Мол, чего там смотреть - "историческая закономерность". Чопик Маркса сидит в мозгах прочно, клещами не вытащить.
Тем не менее, вполне вменяемые историки тоже бывает относятся к источникам КРАЙНЕ не критично. Например, "белым источникам" безоговорочно доверяют только потому, что они "не красные". И наоборот, красные тянут из "белых источников только какую-нибудь русофобскую гнусь, подтверждающую их детские каракули. Это вообще болезнь советской исторической школы.
Внешняя и внутренняя критика - альфа и омега работы с источником - по мнению даже Покровского зачастую проводилась кое-как, а то и вовсе обходились без оной.

Но это всё лирика. Пора переходить к физике.
Во-первых, надо определить агрессивное меньшинство и тех, кто должен был (или мог) в него стрелять, но по тем или иным причинам не стрелял.
Для этого начертим общую упрощенную схемку взаимодействия разнонаправленных сил, действующих в Петрограде незадолго и накануне переворота.

Февраль 222


Одну из этих сил - Великих князей - Николай накануне февраля благополучно из Петрограда равноудалил.
ПетроСовдеп, который считается реальной властью и причиной всех последующих несчастий, материализовался не из воздуха, а из Рабочей группы Центрального военно-промышленного комитета. ЦВПК имел разветвленную сеть комитетов по всей России и в подавляющем большинстве управлялся промышленниками-старообрядцами.
Все эти Гучковы, Рябушинские, Коноваловы, Морозовы владели около 60% российского капитала вообще.
Как они сей капитал обрели блестяще изложено в русской литературе.
Рабочие группы при Военно-промышленных комитетах были созданы, якобы, с целью предупреждения стачечного движения на оборонных заводах в военное время.
А на деле они это самое "стачечное движение" и организовывали. Опробовано было ещё в 1905 году, когда саввы морозовы становились во главе Советов и "рабочими директорами" на собственных предприятиях.
Они же, собственно, и подняли волну в Петрограде 9 января 1917-го, когда в годовщину т.н. «Кровавого воскресенья» забастовало около 150 тысяч человек на питерских заводах.
А 27 февраля ими же была организована новая массовая стачка, но уже под лозунгами «Долой войну!» и «Да здравствует республика!».
Ещё одна сила - Земгор (Главный по снабжению армии комитет Всероссийских земского и городского союзов), возглавляемая князем Львовым и тесно сотрудничавшая, как с ВПК, так и Временным комитетом Госдумы, спроворила саботаж подвоза продовольствия в Петроград и столичным воинским частям. Что, в общем и послужило катализатором "хлебных бунтов".

…забастовало до 200 тысяч рабочих… через ЦВПК в рабочие массы были брошены политические лозунги и был пущен слух о надвигающемся якобы голоде и отсутствии хлеба в столице.
Запас муки для продовольствия Петрограда был достаточный, и кроме того ежедневно в Петроград доставлялось достаточное количество вагонов с мукой. Таким образом, слухи о надвигающемся голоде и отсутствии хлеба были провокационными — с целью вызвать крупные волнения и беспорядки, что в действительности и удалось. »)..


Непосредственно блокаду поставок хлеба организовал член Инженерного совета Министерства путей сообщения Ломоносов, захвативший 28 февраля вместе с Комиссаром временного комитета Госдумы Бубликовым Министерство путей сообщения. Он же стал счастливым обладателем оригинала Манифеста об отречении. Правда куда сей документ эпохи запропал из шаловливых рук не совсем понятно, ибо на хранение в Сенат "подлинник" был принят только 31 июля 1917 года. Когда вопрос с царской семьей был решен окончательно. Сам счастливый обладатель, как водится, через десять лет сдрыснул в Лондон, предварительно нагрев родную советскую власть на паровозной афере. ИсточниковедЕние, да.
Будем считать, что в общих чертах среду возможного "агрессивного меньшинства" определили.
Теперь о тех, кто мог/должен был в него стрелять. Ибо защитники Отечества на пулемёты ложатся, как правило, не столько по зову сердца, сколько по приказу.
На схемке состав сил "опоры Престола".



Надо отметить, что русское правительство, памятуя горькие уроки 1905 года, в начале 1917-го сложа руки не сидело, а подготовило план борьбы с возможными (и ожидаемыми с такими-то союзниками) массовыми беспорядками.
Основные задачи по их подавлению возлагались на 3500 питерских полицейских и жандармов, а так же дислоцированные в Петрограде запасные батальоны гвардейских полков - около 10 тысяч штыков.
Согласно плану, полиция, жандармерия и столичные войска были распределены по районам столицы под единым армейским командованием, подчиненным штабу Петроградского военного округа.
Но тут заработал генератор случайных чисел.
Командующий войсковой охраной и гвардейскими запасными частями Петрограда генерал-лейтенант Чебыкин - ответственный за то, чтобы было кому стрелять в агрессивное меньшинство -за несколько недель до событий почувствовал недомогание и убыл на воды в Кисловодск.
А его заместитель полковник Павленков аккурат накануне событий сказался больным.
Февраль, знаете ли, сырость, инфлюэнца.
Впрочем, тогда вирус одолел далеко не его одного.
Так же внезапно расхворались министр внутренних дел Протопопов. По странному стечению обстоятельств тоже ответственный за "чтобы было кому стрелять".
Возможно, вследствие вируса, вызвавшего эту цепь заболеваний, случилось так, что агрессивное меньшинство оказалось на противоположной стороне.
Совершенно случайно меньшинством выпало стать солдатам учебных частей Лейб гвардии Волынского полка - около 600 человек во главе со старшим фельдфебелем Кирпичниковым - убившим начальника учебной команды штабс-капитана Лашкевича.




Выбор генератора случайно лег на самых, что ни на есть кондовых мазеп.


Что-то такое уже было. Совсем недавно.


А это старшие товарищи инспектируют свидомых подопечных
Уж сто лет, как ничего не меняется.
Стойкое ощущение, что у "английских рабочих" в каждом кармане по револьверу


В мае 1917 года, памятуя о заслугах перед революцией, командующим Петроградским ВО издан приказ о развертывании геройского батальона в гвардии Волынский полк. Летом 1917 года основной состав полка дислоцировался в Галиции, а с началом событий осени 1917-го часть полка влилась в войска новорожденной Української Держави. Начальником "Головного штабу Збройних сил Української Держави" стал служивший офицером в Волынском полку генерал-майор Бобровский, а бывший командир Волынского полка генерал-лейтенант Кушакевич стал его помощником. Ненька понад усе.
Впрочем, в том злосчастном русском феврале от всеразличных мазеп в Питере было не продохнуть.
Но это мы отвлеклись.
Далее мятеж, как известно, охватил запасные батальоны Литовского и Преображенского полков, и 6-й сапёрный батальон - всего около 20 000 штыков.
Понятно, что три тысячи полицейских противостоять этим силам не могли. И командующему Петроградского военного округа генералу Хабалову не позавидуешь.
Но ведь оставались ещё армия и флот.
Ближайшие к Питеру боевые части находились на Северном фронте - в Прибалтике, а штаб фронта во Пскове.
Ближе всех к мятежному Питеру был Балтийский флот. И что же флот?
Оказывается, морского министра Григоровича настиг тот же вирус, что и Протопопова. Прям беда.
Командующий флотом Балтийского моря адмирал Непенин держал связь с заместителем начальника главного морского штаба, камергером Двора Его Императорского Величества контр-адмирала Капниста. Брат коего Дмитрий, был Членом Госдумы от Полтавской губернии и состоял в думском Временном комитете.
1 марта 1917 года Дмитрий Капнист был назначен комиссаром Временного правительства в МВД и захватил Петроградское телеграфное агентство.
Символичненько получилось: мазепа, да ещё из Полтавы.
Непенин же в период с 27 февраля по 1 марта 1917 года по самым осторожным оценкам исследователей ничего не предпринимал. Только всемилостиво повелеть соизволил всеподданнейше присоединился к ходатайствам великого князя Николая Николаевича, наштаверха и главнокомандующих фронтами о немедленном принятии решения, формулированного председателем Государственной Думы".
Правда, говорят, слегка преувеличивая. Дескать, "с огромным трудом удерживаю флот в повиновении, вне отречения грозит катастрофа". Как ныне выражаются в определенных кругах - нагонял жути. Впрочем, жути нагоняли все февралисты. И до, и во время, и особенно после.
Катастрофа-то настала не "вне", а после "отречения".
По "неосторожным" оценкам Непенин, отославши вечером 2 марта свою телеграмму в Ставку, и получивши утром 3 марта радостных известий из Пскова, на радостях пил шампанское с князем Черкасским и начальником разведки флота Ренгартеном.
Как бы там ни было, а Непенин первым признал Временный комитет Государственной думы и Временное правительство. Практически одновременно с Францией и Великобританией.
Затем, выполняя приказ ВП, арестовал "именем революции" финляндского генерал-губернатора Франца-Альберта Зейна и вице-председателя хозяйственного департамента финляндского Сената Боровитинова. Хотя полицейские функции морскому адмиралу вроде, как не по масти чину.
Но делу революции послужил.
В благодарность за службу был сразу убит в Гельсингфорском порту "неизвестными лицами в морской форме". А потом на флоте началась кровавая баня.
Но и главных два условия были выполнены - и меньшинство нашлось, и "чтобы по меньшиству не стреляли" получилось.
А что же армия?
Послушаем мазепу Деникина:

Отречение государя сочли неизбежным следствием всей нашей внутренней политики последних лет.
Назначение Верховным главнокомандующим Николая Николаевича и его начальником штаба генерала Алексеева было встречено и в офицерской и в солдатской среде вполне благоприятно.
Многим кажется удивительным и непонятным тот факт, что крушение векового монархического строя не вызвало среди армии, воспитанной в его традициях, не только борьбы, но даже отдельных вспышек. Что армия не создала своей Вандеи...
Мне известны только три эпизода резкого протеста: движение отряда генерала Иванова на Царское Село, организованное Ставкой в первые дни волнений в Петрограде, выполненное весьма неумело и вскоре отмененное, и две телеграммы, посланные государю командирами 3-го конного и гвардейского конного корпусов, графом Келлером и ханом Нахичеванским. Оба они предлагали себя и свои войска в распоряжение государя для подавления "мятежа"...
Было бы ошибочно думать, что армия являлась вполне подготовленной для восприятия временной "демократической республики", что в ней не было "верных частей" и "верных начальников", которые решились бы вступить в борьбу. Несомненно, были. Но сдерживающим началом для всех их являлись два обстоятельства: первое — ВИДИМАЯ ЛЕГАЛЬНОСТЬ обоих актов отречения, причем второй из них, призывая подчиниться Временному правительству, "облеченному всей полнотой власти", выбивал из рук монархистов всякое оружие, и второе — боязнь междуусобной войной открыть фронт.
Армия тогда была послушна своим вождям. А они — генерал Алексеев, все главнокомандующие — признали новую власть. Вновь назначенный Верховный главнокомандующий, великий князь Николай Николаевич, в первом приказе своем говорил: "Установлена власть в лице нового правительства. Для пользы нашей родины я, Верховный главнокомандующий, признал ее, показав тем пример нашего воинского долга. Повелеваю всем чинам славной нашей армии и флота неуклонно повиноваться установленному правительству через своих прямых начальников. Только тогда Бог нам даст победу".



Генерал Иудович Иванов с "карательной экспедицией" заблудился, хотя по свидетельствам очевидцев ко 2-му марта Петроградский гарнизон разложился до соплей и серьезной организованной силы не представлял. Тогда же командующим Петроградским военным округом назначен сияющий красным бантом Лавр Корнилов.
Ну а другие господа начальственные генералы, как известно, параллельно изолировали Николая в штабе Северного фронта и вели активную переписку по телеграфу.
Нагоняли жути, да.
Деникин вдохновенно врёт одновременно выгораживая и высвечивая одного из тех, кто, вероятно, весь сей компот с двойными "отречениями" и затеял.
Наряду со своим якобы отречением, Николай якобы подписал ещё два указа — о назначении председателем Совета министров Львова, и Верховным главнокомандующим — великого князя Николая Николаевича.
Только уже 9 марта "в связи с общим отношением к династии Романовых" мазепе Николаю Николаевичу дали под зад коленом.
Это, конечно, "смешно, право: люди, совершившие революцию, и тут же вдруг оказавшиеся отстраненными кем-то, не имевшим к ней отношения".
Непенин "с трудом удержал флот" - застрелили. Ник Ник с трудом удержал Николая - дали пинка.
И, конечно, можно вспомнить, что "революцию делали", в основном, эсеры, а потом "оказались отстраненными", практически не имевшими к ней отношения большевиками. Задним числом приписавшими все заслуги себе.
И "ленинскую гвардию" по спискам перестреляли и пересадили люди, в свою очередь не имевшие отношения к Октябрю. Революция это цепь переворотов, когда первых переворотчиков переворачивает следующая волна. И люди, совершившие революцию и потом отстраненными кем-то другим - не исключение, а правило.
И в февральском перевороте "отстраненные люди" вполне себе вытанцовываются.
Вот некоторых вытанцовывающихся я и собрал на февральскую Доску почета памяти. Пока только генералов, которые так или иначе засветились участием или поддержкой переворота. На "200 автоматчиков" места в одном посте не хватит, хотя бы самых основных. К сожалению не смог найти фото адмиралов Небольсина и Максимова. Ну и заранее допускаю, что по ошибке мог кого-то забыть или по ней же не туда вставить. Ну да на то она и помощь зала.





Вот такой вот иконостас. Без поддержки и фактического участия в перевороте этих людей, может Февраль русские и проскочили бы.
А так советские теперь поют свои песни об "всё прогнило", "непопулярной и проигрываемой войне", да "никто не хотел защищать убожество слепое".
Особо пикантны эти песни на фоне развалившегося без всякой войны СССРа.
А вот это вот "не нашлось людей лечь на пулеметы" в устах академических историков звучит в одной с ними тональности.

Во-первых, те, кто готов был защищать были. Об этом даже Деникин пишет.

Во-вторых, люди тогда не смотрели переворот по телевизору. И даже не слушали по радио.
Источниками информации был телеграф и газеты на основе сообщений с телеграфа. А его в Ставке захватил Алексеев, а в Питере Капнист. Вот вам и информационная ситуация. Кроме узкого круга никто ничего не понимал, да и "узкий круг" имел полную информацию только в рамках своего сегмента.

В третьих, боевой генерал (офицер) не может просто так самовольно покинуть позиции на фронте и бежать с ввереными войсками сломя голову "ложиться на пулемёты" и спасать (куда и от кого?) царя. Воинская дисциплина и субординация - это становой хребет любой армии. Офицера офицеры же этому учат всю жизнь.
Тем более, что ни приказа, ни просьбы от Николая об этом не поступало, и не могло поступить из-за информационной блокады.
Советские генералы вон переворот и по телевизору смотрели. Только никто горячо любимого Генсека спасать не дернулся. Потому, что дисциплина.

Тут, кстати, можно поспорить и с "монарха бы просто пристрелили руками какого-нибудь «террориста», и в этом случае новый монарх или регентство были бы идеально легитимны в отличие от юридически сомнительного отречения".
Фальшивым отречением заговорщики дезориентировали и деморализовали генеральский и офицерский корпус. Офицер давал присягу лично Государю, а тут получается, что Николай от неё сам отрёкся.
Тот же Деникин на этом, как раз и акцентирует внимание:

Я уже говорил раньше, что весь командующий генералитет был совершенно лоялен, в отношении Временного правительства.
Было бы ошибочно думать, что армия являлась вполне подготовленной для восприятия временной "демократической республики", что в ней не было "верных частей" и "верных начальников", которые решились бы вступить в борьбу. Несомненно, были. Но сдерживающим началом для всех их являлись два обстоятельства: первое — ВИДИМАЯ ЛЕГАЛЬНОСТЬ обоих актов отречения, причем второй из них, призывая подчиниться Временному правительству, "облеченному всей полнотой власти", выбивал из рук монархистов всякое оружие, и второе — боязнь междуусобной войной открыть фронт.


Вот так и сделали. Фальшивое отречение в условиях информационной блокады "выбивало из рук монархистов всякое оружие". Тем более, что информация шла от Лиц, которые по определению воспринимались офицерским сознанием, как носители и блюстители эталонной офицерской Чести.
"Полковник Люфтваффе не может врать".
Ну и в советском сознании действия этих людей, с опорой на писания февралистов, создали образ всеобъемлющего предательства вообще, а уж русский генералитет из предателей состоял практически весь.
Только далеко не весь.
Список генералам по старшинству Исправлен по 10-е июля 1916 г. содержит примерно тысячу фамилий русских генералов. Конечно, не все были командующими и далеко не все в действующей армии. Но предатели составляют 5%-10%. Но верхних.
В течение нескольких недель из армии за "нелояльность" мазепам вышибли до полутораста старших начальников, в том числе 70 начальников пехотных и кавалерийских дивизий.
Деникин и тут умудряется сделать сеанс саморазоблачения:

Я должен, однако, признать, что многие из уволенных вряд ли представляли особенную ценность для армии. Среди них были имена одиозные и анекдотические, державшиеся только благодаря инертности и попустительству власти. Я помню, как потом по разным поводам генералу Алексееву вместе со мной, приходилось перебирать списки старших чинов резерва, в поисках свободных генералов, могущих получить то или иное серьезное назначение, или ответственное поручение. Поиски обыкновенно были очень нелегки: хорошие генералы — обиженные увольнением или потрясенные событиями — отказывались, прочие были неподходящими.


Списочки "мерзавки" составляли и подписывали.
Сначала в рамках "демократизации" вышибали из армии боевых генералов и офицеров, потом лили в мемуарах крокодильи слёзы - "ПетроСовдеп де заставил".
Да и генералишки были так себе, "анекдотические". Должности у Петросовдепа на лету выхватывать тоже он. Заставил.
Можно, конечно, в полемическом запале восклицать: "А что, лучше было бы если бы матрос Железняк вместо Корнилова царскую семью арестовал?"
Только как то это царской семье помогло? Риторические вопросы. "Убежденность важнее".

Собственно, с этого вероятно и началась сепарация генералитета на "за белых" и "за красных"

Управившись с "нелояльными" вокруг, мазепы стали плясать кордебалет в узком кругу:

Алексеев уволил главнокомандующего Рузского и командующего армией Радко-Дмитриева, за слабость военной власти и оппортунизм. Он съездил на Северный фронт и, вынеся отрицательное впечатление о деятельности Рузского и Радко-Дмитриева, деликатно поставил вопрос об их "переутомлении". Так эти отставки и были восприняты тогда обществом и армией. По таким же мотивам Брусилов уволил Юденича.
Я уволил командующего армией (Квецинского) — за подчинение его воли и власти дезорганизующей деятельности комитетов, в области "демократизации" армии.
Керенский уволил Верховного главнокомандующего Алексеева, главнокомандующих Гурко и Драгомирова, за сильную оппозицию "демократизации" армии; по мотивам прямо противоположным уволил и Брусилова — чистейшего оппортуниста.
Брусилов уволил командующего 8 армией генерала Каледина — впоследствии чтимого всеми Донского атамана — за то, что тот "потерял сердце" и не пошел навстречу "демократизации". И сделал это, в отношении имевшего большие боевые заслуги генерала, в грубой и обидной форме, сначала предложив ему другую армию, потом возбудив вопрос об удалении.
Генерал Ванновский, смещенный с корпуса командующим армией Квецинским по несогласию на приоритет армейского комитета, немедленно вслед за этим получает, по инициативе Ставки, высшее назначение — армию на Юго-западном фронте.


А вдоволь наплясавшись стали собирать народ против большевиков. Использовать при этом знамена и уставы великой русской армии мазепинские головы мысль не посещала. Да и царь ещё жив был.
Кто-то из генералов вступил под их знамена, кто-то уехал, а кто-то пошел и к красным. Видимо, посчитав, что уж лучше к этим.
Во всяком случае, Красную армию сформировали и войну для красных выиграли русские генералы-военспецы.
Правда, их почти всех тоже потом, того. За хорошую работу у революционеров и плата по высшей мере.

Особую позицию занимал бывший командир 3-го конного корпуса граф Келлер. Внимательно смотрел на господ генералов, слушал их пылкие речи, но в Добровольческую армию Деникина вступать решительно отказался. Так же наотрез отказался обещать Деникину, точнее его послу генералу Казановичу, что не будет отговаривать офицеров-кавалеристов от вступления в Добровольческую армию.



Позиция была проста - появится сила, готовая воевать за Царя и Отечество со знаменами и уставами русской армии - тогда и пойдём. Все вместе.
Да так и не дождался. Убили петлюровские мазепы.

Мне кажется, сейчас русские тоже внимательно смотрят вокруг и ждут, когда появится сила, которая поднимет на щит историческую Великую Россию.
Тогда и пойдут. ТАК пойдут, что лучше бы на дороге никому не стоять. Крымский весенний ветер покажется лёгким дуновением.
Было в русской истории не раз и ещё не раз будет.

Только Великая Россия это не "каклов мочить", не восстановленный Железный Феликс, и не диванный, а хоть бы и площадной "антифашизм".
Не сшибание мелочи на матерную "национальную публицистику" и не нытьё по поводу "вездесущего совка".
По моему, это сильно о другом.

Ну а людям, стенающим: "Ах если б в России были генералы - Люди Чести, давно бы снесли к чертям кооператив несносных кремлевских тварей!" всё ж стоит подумать.
Вывезет ли Россия ещё одни такие грабли?
Путин, конечно, далеко не Николай, вопросов к нему много, но и нынешние русские генералы тоже по три-четыре языка знают далеко не все.
Уж Чили-то на Русской равнине как бы и вовсе ни к чему. Климат не тот.

Как-то так (с).


?

Log in

No account? Create an account